Засекречивание аварии на Нурекской ГЭС не дало предотвратить катастрофу Саяно-Шушенской ГЭС

Главный инженер ДП "Спецгидроэнергомонтаж" (Узбекистан) Владимир Колосов считает, что завеса секретности над авариями на гидроэнергетических сооружениях приводит к катастрофическим последствиям, передает корреспондент ИА REGNUM Новости. По его словам, аварию на Саяно-Шушенской ГЭС журналисты назвали уникальной на постсоветском пространстве. Но, как оказалось, похожая обстановка произошла на Нурекской ГЭС в Таджикистане ещё в 1983 году. Однако тогда тот самый факт было решено засекретить. Об этом средства массовой информации недавно проинформировал глава Ростехнадзора Николай Кутьин. "Материалы по той аварии 1983 года были закрыты и, к сожалению, не попали ко многим специалистам, и они не смогли точно дать оценку ситуацию", сказал он. На Нурекской ГЭС также, как и на Саяно-Шушенской ГЭС, произошел срыв креплений. Многие факторы риска могли быть сняты, если бы в то час министерством энергетики было принято заключение о раскрытии акта", посетовал Н.Кутьин.

"Читаешь эти строки и охватывает тревога: какие еще недочеты утаивались при строительстве подобных гигантских гидроэнергетических сооружений? О каких проблемах останавливают свой выбор в эти дни хранить молчание те, кто их эксплуатирует? Возможно, сравнивать недавнюю трагедию на Саяно-Шушенской ГЭС с ЧП, произошедшим 26 лет вспять на Нурекской ГЭС в Таджикистане, не вовсе корректно по масштабам и последствиям. Но оттого что причины этих аварий во многом схожи! Что же произошло тогда на станции, которая отмеряет ныне третий десяток лет эксплуатации? По данным специалистов, на крышке турбины агрегата 1 Нурекской ГЭС из 72 болтов 31 гайка и 19 шпилек были повреждены. Это повлияло на ослабление герметичности, что повлекло за собой протечку и аварийное поступление воды в шахту турбины. Благодаря автоматике и оперативности персонала, работавшего в тот период, удалось прикрыть шаровой предтурбинный затвор и стопануть подачу воды на аварийный агрегат", - отметил узбекский эксперт.

По его мнению, если бы не это, то последствия аварии могли быть намного масштабней, чем на Саяно-Шушенской ГЭС. Достаточно вспомнить, что высота плотины Нурекского водохранилища составляет 300 метров (на 60 метров выше Саяно-Шушенской), и она является самой высокой насыпной плотиной в мире. Площадь зеркала водохранилища 98 квадратных километров, объем воды 10,5 кубических километра, длина примерно 70 километров. Тогда для ликвидации последствий случившегося на Нурекской ГЭС были привлечены производственное объединение атомного турбостроения "Харьковский турбинный завод" имени Кирова, НПО ЦНИИТ МАШ и другие. Эти организации, кроме гражданских заказов, работали и на оборонную промышленность. Поэтому вывод о засекречивании той информации, скорее всего, было продиктовано больше высокими инстанциями.

"Мы разделяем взгляд Н. Кутьина о том, что из-за режима секретности материалы ЧП на Нурекской ГЭС не попали ко многим специалистам, и они не смогли верно оценить ситуацию. Более того, нет уверенности, что сознательно разработанные мероприятия по устранению последствий этого происшествия и обеспечению дальнейшей безопасной работы были доведены до эксплуатационного персонала других станций и приняты на вооружение специализированными ремонтными и монтажными подразделениями. Нет уверенности и в том, что результаты аварии были правильно оценены и осмыслены, что должно было разыскать отображение в оперативном внесении соответствующих поправок и изменений в нормативные и ведомственные документы, а ещё учтены в инструкциях по эксплуатации. Хотя глава Ростехнадзора не утверждает, что снятие грифа секретности с материалов об аварии на Нурекской ГЭС могло бы предотвратить катастрофу 2009 года на Енисее, мы думаем, что завеса тайны и стала одной из основных ее причин. Более того, за 18 лет независимости России не возбраняется было позаботиться о рассекречивании материалов аварии, передать их специалистам, которые смогли бы правильно оценить ситуацию и принять соответствующие меры", - указал В.Колосов.

Он сообщил, что в настоящее момент в ряде стран постсоветского пространства существует законодательная база по надзору за безопасностью гидросооружений и созданы государственные органы в этой сфере. В рамках надзора за безопасностью гидросооружений единственный раз в пять лет проводятся централизованные обследования по оценке технического состояния гидротехнических сооружений, механического оборудования и уровня их эксплуатации. Это осуществляют комиссии по специальной программе. А в странах, где нет таковый правовой базы, как, скажем, в Киргизии и Таджикистане, надзор осуществляется ведомственными комиссиями, в состав которых входят представители эксплуатирующих организаций и министерств. По основному технологическому оборудованию обследования не проводятся. Исследовательские и лабораторные работы для оценки состояния оборудования не выполняются нисколько или выполняются в урезанных вариантах только для "галочки". Если в результате "липовых" обследований замечаний нет, то, стало быть, не нужно расходовать средства на ремонтные работы. А это чревато опасными последствиями. "На свой взгляд, законодательная база в этой сфере необходима и ее следует откорректировать. В частности, ввести в практику и проведение централизованных обследований по оценке состояния основного технологического и электротехнического оборудования один раз в пять лет. Для обследования гидроагрегатов, составления программы капитального ремонта, определения объемов модернизации и реконструкции гидроагрегатов должны привлекаться заводы поставщики оборудования, которые будут предуготовлять остаточный ресурс узлов и агрегатов, разрабатывать технологию по их восстановлению или принимать решение по их замене. А по результатам гарантировать срок дальнейшей безопасной эксплуатации. Но если решение этих вопросов вернуть на откуп эксплуатационникам, как это происходило на Саяно-Шушенской ГЭС, то разрешено не колебаться в том, что это не последняя трагедия", - выразил близкое точка зрения узловой инженер ДП "Спецгидроэнергомонтаж". Он обратился к истории создания Саяно-Шушенской ГЭС, задуманной в родное миг как очередной символ социалистической гигантомании. Работы начались в 1963 году, причем так торопились, что создавать начали до того, как был готов план ГЭС. В декабре 1978 года был запущен основополагающий гидроагрегат, еще сквозь год второй. Спеша отрапортовать, их запускали с временными рабочими колесами (штатные установят только в 1986-1987 годах). Все эти годы сопровождались аварийными ситуациями, требовавшими ремонта. В акте госкомиссии 2000 года затем капремонта указывалось, что оборудование ГЭС устарело морально и физически. В первую очередность это относилось к автоматике: ЭВМ середины 1970-х и программные комплексы XXI века - вещи нетрудно несравнимые. Большие проблемы были с ремонтом в отдалении не для всех узлов позволительно было нарыть запчасти. Например, аппаратные генераторы нигде в мире вообще не применялись и не выпускались.

Результаты расследования ЧП на Саяно-Шушенской ГЭС не стали открытием для специалистов: авария случилась из-за стечения многих обстоятельств, которых разрешается было избежать. Подвели спешка при строительстве станции, "экономия" при ее эксплуатации, неумелый ремонтик и обслуживание, коррумпированность руководства станции. "И если в России с ее большим потенциалом и возможностями происходит подобное, то что можно дожидаться от государств со слабой экономикой? То, о чем сообщил глава Ростехнадзора, произошло на Нурекской ГЭС без малого три десятилетия назад. А что было со станцией все последующие годы: как ее эксплуатировали, ремонтировали, снабжали порядок безопасности? Кто может отозваться на эти сложные вопросы, вручить твердые гарантии безопасности? Специалисты что надо знают, что меньшие по масштабам ЧП, чем драма на Саяно-Шушенской ГЭС, были неоднократно отмечены на гидроузлах Центральной Азии.

Так, позже 7-8 лет эксплуатации на Токтогульской ГЭС (Киргизия) болты крепления крышки уплотнения вала стали обрываться, и это грозило затоплением шахты турбины, турбинного помещения и станции. 14 января 2009 года порядок воды в машинном зале Кайраккумской ГЭС (Таджикистан) поднялся до уровня генератора, что привело к остановке станции. Последней из известных была авария на трансформаторе Токтогульской ГЭС (Киргизия) 15 апреля этого года, в результате которой произошел наброс мощности порядка 360 МВт на транзит Север Юг Казахстана", - сообщил Колосов. По его мнению, все вышеизложенные факты свидетельствуют о том, что инфа о работе действующих и строящихся крупных гидроэнергетических сооружений на трансграничных реках не должна скрываться, а должна постоянно подвергаться серьезной независимой экспертизе. "Нельзя ни в коем случае запускать на самотек работу этих объектов, они должны быть в поле зрения не только государственных органов, но и авторитетных международных организаций. Ведь аварии на них угрожают безопасности населения безотлагательно нескольких государств региона и могут причинить масштабный невосполнимый урон", - заключил узбекский эксперт.

Как сообщало раньше ИА REGNUM Новости, 22 октября состоится визит президента Таджикистана Эмомали Рахмона в Москву, в ходе которого он намерен обсудить проблемы российских инвестиций в энергетическую отрасль страны. Узбекистан выступает категорически супротив односторонних технических и экологических решений Таджикистана, полагая их устаревшими и несущими большие риски для всего региона Средней Азии, настаивая на международной экспертизе проектов. Таджикистан считает такие решения своим суверенным делом. Россия согласна с Узбекистаном в необходимости международного консенсуса около глобальных энергетических проектов в Средней Азии.

Сегодня Государственная дума России изучает причины аварии на Саяно-Шушенской ГЭС.

Keywords: