Прекратить интеллектуальный грабеж!

Слава богу, приводить доказательства надобность права интеллектуальной имущества в текущий момент никому не нужно. Даже люди, безгранично далекие от какого бы то ни было творчества, понимают, что как раз это право, гарантируя творцам значительные и продолжительные доходы в случае успеха их произведений, стимулирует массовые попытки создания новых технологий и предметов искусства. И аккурат слабость патентного дела и в целом защиты интеллектуальной собственности в современной России является одной из причин блокирования технологического прогресса в нашей стране и бегства из нее мыслящих и квалифицированных людей.

Однако воспрещено не видать и другого: право интеллектуальной собственности, последовательно развиваясь и расширяясь, во многих случаях приблизилось к собственной противоположности.
Крупные корпорации нередко присваивают интеллект своих сотрудников, грубо снижая личную выгоду от практической реализации их открытий и тем самым обесценивая значимость интеллектуальной собственности для индивидуумов.
Но главное – это право чересчур зачастую выступает в качестве инструмента легализации злоупотреблений монопольным положением. В результате оно не только наносит физический ущерб и уродует формирование общества, как и каждый монополизм, но и ограничивает возможности использования продукции современных технологий, в том числе и в жизненно важных сферах (например, не позволяя бедным людям пользоваться достижениями современной фармакологии).
В конце концов, отсутствие массовых подделок книг (в отличие, скажем, от программного обеспечения и музыкальных записей) объясняется не столь сравнительной интеллигентностью читателей по сравнению с компьютерщиками, сколь немаловажно большим превышением цен над издержками, по сути дела, сверхприбылью, сосредотачиваемой в соответствующих отраслях за счет потребителя.
Естественно, с точки зрения потребителя тот самый высокоэффективный коммерциал выглядит откровенным грабежом, и в этом есть рациональное зерно. Ведь не ненароком раз за разом терпят крах попытки сформировать сверхдешевые модели компьютеров и мобильных телефонов, доступные более того самым бедным, хотя с технической точки зрения эта проблема давным-давно решена.
Нельзя не зреть и того, что предельно постепенно (несмотря на ставшее уже ритуальным публичное истребление контрафактных компакт-дисков) относящийся к посторонний интеллектуальной собственности Китай показывает быстрое и стабильное даже в условиях кризиса развитие. В том числе, и в силу больше свободного, чем в других странах, доступа к передовым технологиям и техническим решениям.
Требования европейской «Пиратской партии» и подобных активистов в свете изложенного представляются проявлениями не жлобства пойманных за руку хакеров и их политических хукеров (проституток – амер. жаргон), но настоятельной потребности всего человеческого развития.
Не стоит забывать, например, что до 1887 года творчество Пушкина пользовалось в нашей стране сравнительно низкой известностью и стало частью массовой, народной культуры только вслед за тем 50-летия смерти поэта. И причина этого содержится именно в интеллектуальной собственности: позже убийства Пушкина Николай I даровал его вдове и детям долю от всех продаж сочинений Пушкина в нашей стране в течение полувека. Это обстоятельство было, в общем, накладным для книгоиздателей, в результате чего вирши Пушкина выпускались преимущественно в относительно дорогих изданиях, то есть для достаточно обеспеченных людей. И лишь по истечении срока действия введенного царем права интеллектуальной собственности произведения Пушкина смогли беспрепятственно «шагнуть в народ».
Представляется, что для стимулирования технологического прогресса в глобальных масштабах, а так же для обеспечения доступа населения Земли к жизненно важным для него технологиям надобно ту ренту, которую получает создатель тех или иных технологических решений (да и каждый интеллектуальной собственности в целом), произвести не бессрочной, а ограниченной, например, 5-10 годами (в зависимости от скорости прогресса в той или другой сфере).
Этот срок представляется разумным компромиссом между обеспечением материальной заинтересованности изобретателя и творца, с одной стороны, и необходимостью обеспечения беспрепятственного и равного доступа ко всем достижениям человеческой мысли и духа, с другой. В конце концов, невозможность поколениями «стричь купоны» с одного-единственного технологического решения – наилучший технология подтолкнуть его создателя к поиску качественно новых решений, в том числе и в других сферах.
Автор - управляющий Института проблем глобализации, д.э.н.

Keywords: